Эфир на радио будь — «Любовь со мной зла». Часть 2

Почему можно оставаться одиноким долгие годы, совершенно этого не желая. В душе мечтая создать свою семью и быть любимым, в действительности всегда оказываться «за бортом» или в отношениях, которые раз за разом трагически заканчиваются.

26 February, 2024

Анна Белавина: То есть, мне кажется, мы, девочки, так заморочены. «Он что, не заметил, какое у меня платье? Он не заметил, что у меня новая тушь или сапоги. Я ради него посидела в парикмахерской, не знаю, сколько, он даже мне слова не сказал.

Значит, он совсем не обращает на меня внимания». То есть мы сразу делаем очень далеко идущие выводы. Как с этим бороться? Как это вообще себе победить? И надо ли с этим бороться?

Мария Долгополова: Это полезно замечать как первый шаг. И я бы назвала это таким приписыванием событий на свой счёт. Такое личностное восприятие. Например, если тоже рассматривать пример письма, там про этого мужчину возникает у меня по крайней мере несколько версий фантазий. Если бы это была реально пришедшая девушка с таким вопросом, наверное, первое, что бы я ей предложила этого мужчину сыграть. Это был бы очень интересный опыт как для неё, так и у меня бы увеличилось количество тех обратных связей, которые я могу ей дать по поводу этой ситуации.

Но если холодные версии, то... Ну что самое страшное рисует сознание? У меня возникает самая страшная картинка, что он такой хладнокровный эксплуататор, который демонстрировал интерес к ней в течение некоторого времени. Изначально знал, что он не даст ей того, чего она хочет, той версии отношений, на которые она рассчитывает. Но при этом ему она нравилась, и он получал за счет этой связи удовольствие или какую-то выгоду, какой-то ресурс.

Анна Белавина: Ну, ресурс может быть — обожание, я такой неповторимый?

Мария Долгополова: Ну, может быть, обожание она ему давала, восхищение и внимание. Другой момент, что какая ещё версия у меня рождается, про внутренний конфликт, что мужчина может держать женщину на расстоянии или женщина может держать на расстоянии мужчину в каком-то смысле, если она ещё сама не определилась. И не определилась не только в плане конкретного человека. Но и в плане того, а нужны ли ей вообще отношения? И тогда какой-то конкретный человек из мира мужчин или из мира женщин, противоположного пола берётся и держится на определённой дистанции.

Анна Белавина: А зачем он вообще держится, если человек ещё не определился?

Мария Долгополова: Потому что он не знает, что он не определился. Скорее, там, разумная установка может быть в том числе и на то, что я хочу отношений. Такое тоже бывает.

Но бывает также, что человек осознаёт, что он не определился, но ему кажется, что вот-вот он может определиться в пользу отношений. Но это вот-вот, оно может длиться неограниченное количество времени, как любой внутренний конфликт. Потому что внутренний конфликт может либо разыгрываться, и тогда это неизвестной длительности процесс, либо он может разрешаться. Тогда он будет разрешён рано или поздно. Не все это умеют. Оказавшись во внутреннем конфликте, его завершить.

Анна Белавина: А что же тогда делать? Вот, например, что мы можем нашей слушательнице посоветовать, если бы мы беседовали с ней не сейчас, когда уже для неё этот этап завершён, а если бы мы беседовали, скажем, вот как она пишет, в течение года, год назад, когда она находилась вот в этих сложных отношениях, и она понимала, что вот человек подаёт ей знаки внимания, которые на что-то настраивают. На продолжение на какое-то, и потом тут же увеличивает дистанцию. Ну, я так понимаю, что это вот что-то было в таком духе. Чтобы мы могли ей посоветовать в данной ситуации, как ей вести себя: забыть сразу, обрезать, сказать, ну, какой-то контакт с этим человеком? Что лучше делать для собственного благополучия? Не для того, чтобы человека противоположного к чему-то принудить, а чтобы самому сохранить вот свое это внутреннее какое-то равновесие.

Мария Долгополова: Я сейчас запомню и отвечу на ваш вопрос, но у меня еще была третья версия про характер. Что бывает такая характерологическая структура у человека, что вообще-то ему некомфортны близкие отношения. Но в то же время отношения крайне важны. И тогда, если какая-то девушка или какой-то мужчина, наоборот, это тоже может быть разыграно, наоборот, будет очень готовая, теплая, готовая доверяться, готовая съехаться, готовая строить дальше, то это будет очень страшно. И с таким человеком ему будет даже сложнее построить отношения, чем если его партнёрша будет испытывать похожие трудности и нежелание быстро сближаться.

Анна Белавина: То есть как бы два холодных человека сойдутся легче, чем холодный и тёплый, скажем так, да?

Мария Долгополова: Это скорее не про холодность, это скорее про глубинные страхи перед отношением. Они могут в моменте очень тепло себя проявлять, но они не могут дать какие-то договорённости на длительности.

Анна Белавина: То есть на какие-то длительные коммуникации в принципе не способны, да? Или может быть способны, но не знают об этом?

Мария Долгополова: Способны, но после довольно длительного пути. И в этом смысле, отвечая на ваш вопрос, очень важно понимать, вообще готов ли ты связываться с такой ситуацией? Ну если все задается сложно, то готов, и может быть несколько версий, которые не про себя, не про то, что я плохая, наверное, это я что-то недоделала или это, наверное, еще что-то со мной не так. Ну, если посмотреть вот со стороны другого человека, ну, вот даже из тех озвученных версий, какая больше прикладывается к конкретному случаю, их можно больше породить, но важно, что они про другого человека. Ну, есть ли у меня готовность вообще в это включаться? Есть ли у другого человека внутренний конфликт, который может быть развернут годами?

Анна Белавина: То есть достался такой сложный человек. Готовы ли вы положить много душевных сил на то, чтобы с ним каким-то образом выстроить коммуникацию, выстроить взаимодействие, не спугнуть его и при этом не загнать себя тоже вот в это дикое состояние, что я какой-то ущербный и неправильный раз на меня так реагируют?

Мария Долгополова: Ну да, если вообще в принципе не удаётся выдерживать это ощущение, что это не про меня, а про партнёра или про партнёршу. То в общем-то в таких отношениях состоять даже опасно. Ну, это тревогу повышает очень существенно, появляются бессонницы и разные другие симптомы, могут усиляться химические зависимости.

Анна Белавина: Ничего себе. То есть как всё серьёзно! И вот продолжая наш разговор на тему, почему отношения не складываются, хотелось бы спросить, почему вообще появляются эти проблемы, они откуда-то идут? Почему люди такие сложные? Хочется спросить: Люди! Почему вы такие сложные, что вам просто-то не живётся, чтоб всем было счастливо и хорошо? То есть всё-таки идёт, это может быть, из детства, как мы уже сейчас все знаем, мы все грамотные, что вот не так на нас посмотрели и сказали. Или все эти проблемы и сложности связаны конкретно только с тем, как строятся эти отношения? Как всё-таки чаще бывает?

Мария Долгополова: Мой ответ такой, что чем младше возраст человека, тем больше в нём закладывается. Это правда. И очень многое будет считано из отношений с родителями. Но в то же время решать какие-то сложности в построении отношений, например, если ко мне обращаются, я часто предпочитаю с настоящего момента, потому что, если идти в прошлое, то это очень длительная и глубинная работа. По сути, это от двух лет.

Анна Белавина: Неужели так рано может повлиять потом на дальнейшее?

Мария Долгополова: Сама рана не может повлиять, но вокруг раны потом будет выстраиваться и индивидуальный опыт. Это как снежный ком такой. Это потом будет воспроизводиться много-много раз в разных контекстах, и это очень сложно замечать.

Анна Белавина: То есть человек сам будет воспроизводить те отношения, которые его травмировали в детстве. Так получается, да?

Мария Долгополова: В том числе и так. В детстве ещё и закладывается самоощущение наше, от себя. Какие мы: нужные или привлекательные. Я ещё немножко, чуть позже скажу об этом в контексте интроектов, чтобы было понятнее, потому что так слишком…

Анна Белавина: Да, и тогда, если можно поподробнее, что такое интроекты, потому что не все наши слушатели в курсе об этом. Мы как-то поподробнее об этом поговорим, да?

Мария Долгополова: Да, мы поподробнее об этом поговорим. Интроекты — это такие ментальные представления, в которые человек очень верит. Они не осознаются, поскольку являются для него самими собой разумеющимися.

Анна Белавина: То есть что это может быть? Например, какие-то основополагающие вещи, что обязательно должна быть семья или обязательно надо выйти замуж, вот какие-то такие вещи, да?

Мария Долгополова:Ну это скорее социальные планы, я сейчас приведу примеры интроектов, чтобы было понятнее. Например, очень популярный интроект, он очень часто включается, звучит так: «наверное, со мной что-то не так».

Анна Белавина: Ой, мне кажется, это самое распространенное. Когда откроешь интернет, какие-нибудь психологические статьи, то с этого начинается: «что-то со мной не так. Девчонки, что же я каждый раз попадаю в такую ситуацию?»

Мария Долгополова: Да, применительно к нашей теме это очень востребованный интроект. Но изначально интроекты — это фразы родителей, которые потом воспринимаются как собственные суждения. То есть мы не особо помним, что на самом деле это когда-то были фразы родителей, которые стали нашим внутренним диалогом, его частью.

Анна Белавина: То есть, например, родители могли сказать: «что ты какая-то, у всех дети как дети, а ты какая-то не такая!». И это может остаться на всю жизнь у ребенка, да?

Мария Долгополова: Скорее, даже это более тонко происходит. Я бы сказала, что более частая ситуация, когда у ребенка что-то не получается, и родитель наблюдает его неудачу. Неважно, это в учебе или в детском саду, или родителю преподаватель сказал, что ребенок медленнее других осваивает язык или что-нибудь такое. И родитель страшно напуган в этот момент.

Анна Белавина: То есть просто реакция родителя может, так сказать, перевернуть мир ребенка, да?

Мария Долгополова: Реакция родителя важна, и главное, что это та реакция, которую родитель не сможет проконтролировать волей. Он не сможет не испугаться в этот момент, если он по характерологии своей довольно тревожный, если ему действительно страшно, что у ребенка что-то не получается.

Анна Белавина: Как все сложно! Как страшно быть родителем! Оказывается, какая ответственность? Даже испугаться по-человечески нельзя. Если тебе сказали, что «Ваш, что читает медленнее всех!». А ты тут: «Батюшки!». И оказывается, на всю жизнь человеку испортил впечатление. Вот как вообще с этим быть? Это тяжкий родительский труд.

Мария Долгополова: Да. Это передается в том плане, что дальше и взрослый человек, уже выросший, начинает реагировать на свои удачи и похожим образом. Он пугается и верит, что с ним что-то может быть не так, что с ним что-то может быть непоправимое. И такое лёгкое, спокойное отношение к неудачам, устойчивое, оно не формируется.

Анна Белавина: То есть это то, что мы, по идее, должны были бы, как говорится, впитать с детства, с самого какое-то отношение к своим каким-то… Ну, не успехам, даже не то, что неудачам, а каким-то промахам. Надо было легче как-то. Легче, товарищи, будьте легче! Меньше обращайте внимание. Мне понравилось, я недавно прочитала такую фразу: «Запомните, что вы имеете право на ошибку». Я прочитала и удивилась. Точно, я же имею право на ошибку.

Мария Долгополова: В маркетинговой сфере есть такое понятие «воронка продаж». Это про то, что если 100 человек увидели товар, то 4 его купят.

Анна Белавина: А, то есть вот сколько нужно людей оповестить, да?

Мария Долгополова: Да, сколько людей нужно оповестить, чтобы кому-то прям правда понравилось, понадобилось, было нужно. А вот применимо к сфере отношений это не работает. Все проверяют на одном, двух, трех партнёрах и делают очень далеко идущие иррациональные выводы.

Анна Белавина: Ну да, но у нас просто на 100 вариантов, может быть, времени столько нет. Как в продажах. Хочется как-то сразу… ну ладно, со второго раза. Ну хорошо, с третьего, но после третьего...

Мария Долгополова: Ну после четвёртого со мной точно чего-то.

Анна Белавина: Точно, что-то не так. Ну просто нужно держать в голове эту воронку продаж.

Мария Долгополова:Но тут еще надо тогда уж решить, с какого момента отсчитывать это как неудачу. Это надо год побыть с кем-то в отношениях… и не сложилось.

Анна Белавина: Или сколько-то подольше, да?

Мария Долгополова: Даже если с одним сложится, уже все хорошо. Это же не продажа.

Анна Белавина: Ну да. Да, то есть так повезло-то, в общем.

Мария Долгополова: Еще один очень популярный интроект состоит в том, что «я делаю что-то неправильно». Гораздо чаще по-другому, что какой-то человек делает всё правильно, но вмешивается фактор чужой мотивации. Например, есть мужчины и женщины, которые так устроены (это большая тема, как именно они устроены и не сегодняшняя встреча), но итог такой, что они в общем-то не в полной мере ищут отношений. Или они даже осознанно их не ищут, переориентированы на какие-то другие задачи и ценности.

Анна Белавина: Но они их не ищут, но в них вступают, тем не менее.

Мария Долгополова: Они вступают в какие-то эпизодические для себя контакты, эмоционально очень нагруженные, потому что у них нет отношений, у них эмоций свободных много, в общем-то.

Анна Белавина: Точно, у кого отношений нет, а у кого еще эмоции не растрачены.

Мария Долгополова: Да, и у него эмоции не растрачены, и поэтому они могут пользоваться бешеной популярностью среди тех, кто взаправду хочет построить отношения.

Анна Белавина: То есть они дают им такой фейерверк эмоций, что как бы сразу это захватывает?

Мария Долгополова: Это очень захватывает и очень трагично заканчивается вот этим ощущением, что «это я сделал что-то неправильно».

Анна Белавина: То есть я, насколько понимаю, вообще вот эта фраза, что «я сделал что-то неправильно», её надо просто вычеркнуть. Вот мое такое ощущение.

Мария Долгополова: Ну это, конечно, слишком громко сказано.

Анна Белавина: Черным маркером, просто закрасить у себя в голове, и даже не произносить эту фразу.

Мария Долгополова: Ну если отношений ещё нет, то можно. Если есть, и они длятся, то там, в принципе, можно кое-что делать неправильное, и свидетельством этому будут частые конфликты.

Анна Белавина: Ну то есть, скажем так, я сделала что-то неправильное, но я сделала это каким-то частным образом, да, вот неправильно сегодня посмотрела, неправильно с утра прям сразу рявкнул, надо было подождать немножко, но «я сделала все неправильно, и я какой-то неправильный»—вот этого скорее всего не должно быть у нас в голове.

Мария Долгополова: Ну если этого нет, это хорошо. Но даже хотя бы первый шаг — это замечать, потому что если это в голове уже прижилось, то оно возникать будет, но его можно лишить силы, ну просто зная, что оно может возникнуть. Не верить этому ощущению всей душой, подвергать его сомнению.

Анна Белавина: Вот у меня есть такой способ, я знаю, что я человек вспыльчивый, и когда в какой-то ситуации я вспыхиваю, я себе даю сосчитать до 10 и только потом давать ответ. Мои дети знают в этот момент, что лучше меня не трогать, когда я у себя считаю до 10. Вот мне кажется, то же самое касается, когда ты вспыхиваешь и начинаешь себя обвинять. Только, наверное, тут нужно не до 10, а до 100 считать и потом уже тогда говорить, плохой я или неплохой уже. Но все-таки к себе тоже как-то более бережно, что ли, относиться.

Мария Долгополова: Да, к себе бережно относиться имеет смысл. Это и продуктивней, не тратятся силы на какой-то такой груз самообвинений. Очень неконструктивный груз.

Анна Белавина: Ох, как многому еще нужно нам научиться, чтобы узнать почему... Ну да, вот эта наша тема «Любовь ко мне зла» — это, наверное... В самой теме содержится такой, как бы, немножко подвох. Так ли это в конце нужно написать? Или это я сам себе на придумывал в голове, что она ко мне зла?

Мария Долгополова: Ну, в каком-то смысле, да.

About me

Maria Dolgopolova – a certified clinical and a jungian psychologist (Moscow Association of Analytical Psychology, an IAAP training candidate studying in CGJung Institute in Zurich) with a background in gestalt therapy (Moscow Institute of Gestalt and Psychodrama, Gestalt Associates Training Los Angeles) and in psychoanalysis of object relations.

marianifontovna@gmail.com

+7 903 542 9177 (Telegram, WhatsApp)

t.me/jungianpsy