Эфир на радио будь — «В плену у хандры». Часть 1

Как справляться с собой, когда ничто не радует, ничего не хочется, нападает апатия и подавленное настроение, невозможно себя заставить хоть что-либо делать. Мария расскажет о психологических механизмах, регулирующих смену внутренних состояний. А также мы поговорим о том, что можно предпринять для того, чтобы лучше себя понять в такие моменты, и о возможностях «реабилитации».

23 February, 2024

Спасибо ведущей (Анне Белавиной) и всей команде радио за оказанное доверие! Хорошего вам чтения!

Анна Белавина: Здравствуйте, дорогие слушатели радио «Будь!». Сегодня в рубрике «Интервью» у нас уже не в первый раз гость Мария Долгополова. Сертифицированный клинический психолог, специалист частной практики, создатель авторского интернет-проекта о психологии mariadolgopolova.ru. Здравствуйте, Мария!

Мария Долгополова: Здравствуйте, Анна! Добрый вечер!

Анна Белавина: Добрый вечер, Мария! Сегодня беседа у нас такая непростая… Но должна я сказать, да, представится тоже. Сегодня беседовать с Марией Долгополовой буду я, ведущая радио «Будь!», Анна Белавина. А мы взяли такую весеннюю, можно сказать, тему для своей беседы. Она называется «В плену у хандры». Необычные, необычные темы, с одной стороны, да, не принято особенно об этом говорить.

И давайте мы сегодня вместе, Мария, порассуждаем о том, как вообще, вот как быть, когда такая чудесная весенняя погода, как сегодня, когда снизу — лужи, сверху — дождь, всё пасмурно, непонятно, расцвело или не расцвело, и, конечно, нападает какая-то апатия. Бывает часто у людей это подавленное настроение, и вообще не хочется практически ничего делать. И мы называем такое состояние депрессией.

Во-первых, вот... Первый вопрос — правильно ли так его называть? Вообще нужно ли уделять таким перепадам настроения такое уж большое внимание?

Мария Долгополова: Тут важно два момента. Во-первых, действительно, существует депрессия как клинический диагноз. А существует депрессия как слово, которое мы используем в повседневной жизни для того, чтобы передать, что настроение у нас плохое, энергии мало, на активность себя стимулировать сложно. И, к сожалению, нужно отметить, что такие перепады настроения в сторону большей пассивности, большей грусти, даже большей тревоги, они характерны для человеческой психики. И они могут задаваться по-разному.

С одной стороны, они имеют такое чисто физиологическое происхождение. И в этом случае мы не можем на них повлиять какими-либо психологическими средствами или можем повлиять но в ограниченной степени. Например, существуют суточные ритмы. Было показано экспериментально, что у каждого человека есть определенные пики активности в течение дня.

Например, это известное всем деление на жаворонков и сов. Жаворонки — это те, у кого пик активности приходится на первую половину дня, совы — это которые больше раскачиваются к вечерним часам. И также бывают годовые циклы. Например, весна и осень — это такие периоды года, которые в наибольшей степени провоцируют у нас смену настроения в сторону негативного полюса.

Анна Белавина: То есть мы вот сейчас как раз, можно сказать, вошли в это прекрасное весеннее время, когда можем ожидать смену настроения в сторону негативного полюса.

А вот такой вопрос, есть ли какая-то возможность выхода из этого состояния? Есть ли возможность вообще реабилитации себя как человека? И нужно ли это делать?

Мария Долгополова: Если это чисто суточные ритмы, то люди, если у них достаточно много ресурсов, какие-то развитые сферы жизни, есть отношения, есть любимая работа, ну или хотя бы относительно любимая работа, какой-то круг друзей, интересов, то, в общем-то, все эти суточные вещи они не заметят сами. Ну, суточные и межсезонные.

Анна Белавина: И даже межсезонные колебания?

Мария Долгополова: Ну и даже межсезонные заметят сглаженно. Но...

Есть еще одна поправка, что в плане этих физиологических состояний кто-то больше предрасположен их чувствовать, кто-то меньше.

Анна Белавина: То есть бывают толстокожие такие люди, которым весна не весна, осень и осень, все хорошо, да?

Мария Долгополова: Да, да. А бывают более тонкокожие. Но как раз чаще люди начинают жаловаться на такие состояния, если у них есть еще и психологическая причинность, не только такая чисто организмическая. И в том числе мы поговорим о тех механизмах, в последствии которых это состояние является отражением некоторого психологического процесса.

Анна Белавина: То есть, скажем, весна весной, но чтобы очень сильно переживать это весеннее такое переменчивое настроение, нужны еще какие-то дополнительные толчки, я правильно понимаю? То есть какие-то дополнительные причины, которые человек может и не осознавать.

Мария Долгополова: Которые он может не осознавать или которые он может осознавать.

Анна Белавина: А у нас вот есть как раз письмо очень в тему, девушка нам написала.

Казалось бы тоже, но письмо достаточно длинное, я из него выдержку небольшую прочитаю. Казалось бы, у человека все хорошо… Вот девушка пишет, что она переехала к любимому человеку в другой город. И все хорошо, есть взаимопонимание, помогает… Вот девушка пишет: «помогает мне по дому, нашла работу, но гложит тоска. Тоска по родному дому и это чувство в данный момент после переезда перекрывает все остальные позитивные моменты. А тут еще и весна». Многоточие. То есть как раз прямо картина, как вы описали, Мария. То есть по весне у человека еще какой-то дополнительный фактор включился, но смена места жительства почему-то в данном случае, хотя в общем-то была вызвана счастливыми событиями, вызвала у нее такую негативную реакцию. Нормально ли это? И что делать в этом случае?

Мария Долгополова: Здесь есть та часть истории, которая не очень подвластна психологам, скорее, она подвластна в большей степени психиатрам, медикам. Как раз про циклы. И это интересный момент, насколько эта девушка раньше переживала весну. Это для неё всегда тяжёлое время года, или только сейчас она это почувствовала, заметила, что тяжелее весной как-то поддерживать свой настрой, себя?

Но психологический момент здесь тоже активно представлен. И я бы на почве этого письма ввела первые два механизма, которые важно было бы обсудить. Одно из них — это горевание, когда мы теряем кого-то или что-то для нас очень значимое из внешней реальности. И здесь девушка, она в буквальном смысле, теряет.

Видимо, теперь родители живут от неё дальше, близкие подруги живут от неё дальше. Скорее всего, она поменяла работу, или, может быть, она до этого работала, сейчас не работает.

Но помимо внешних потерь, она могла понести ещё и внутренние потери. Такие, я это называю, потери опор. Опоры бывают самые разные. И мы не знаем, что именно она потеряла без разговора с ней, как внутренне. Но в целом это бывает, приведу 4 примера:

— Отношение к себе может измениться. По стечению каких-то обстоятельств внутренних и внешних может резко измениться отношение к себе. То есть до этого мы были собой довольны, принимали себя, гордились собой. А потом что-то случилось, какое-то количество факторов накопилось, и наше отношение к себе стало таким пренебрежительным, недовольным, критикующим. Вот один вариант внутренней потери.

— Бывают экзистенциальные потери, потери смыслов. Например, известный всем синдром «пустого гнезда». Он был раньше описан в Западной психологии, потому что там это еще более выражено. Матери растят своих детей до 18-летнего возраста, а в 18-летие последнего ребенка, все дети вылетают из гнезда и едут в вузы.

Анна Белавина: Ну да, там же принято за границей, в частности, вот, например, американских колледжах, я не знаю, как в Европе, чтобы дети, когда учатся, они проживали бы там, в учебном заведении, в кампусе, не с родителями.

Мария Долгополова: Да, это, как правило, всегда жизнь без родителей начинается, а, соответственно, для родителей это жизнь без детей. И это полная утрата прежних смыслов. И пока новые смыслы не будут сформированы, человек будет пребывать в достаточно депрессивном состоянии.

Анна Белавина: То есть это одна из проблем, которые могут вызвать такое… Плюс к весне могут вызвать негативное восприятие реальности, так скажем.

Мария Долгополова: Тут не важно уже весна, или лето, или зима. В любое время года это выбьет очень хорошо человека. Или может выбить очень хорошо человека.

Анна Белавина: Ну что ж, а нас из колеи ничего не может выбить, потому что сейчас у нас будет замечательная музыкальная пауза на ЭКО радио «Будь!», мы просим всех не переключаться, оставаться вместе с нами. Мы еще поговорим о том, как найти смысл в этой жизни, как не поддаваться депрессии. Правда же, Мария?

Мария Долгополова: Да, мы будем об этом говорить.

About me

Maria Dolgopolova – a certified clinical and a jungian psychologist (Moscow Association of Analytical Psychology, an IAAP training candidate studying in CGJung Institute in Zurich) with a background in gestalt therapy (Moscow Institute of Gestalt and Psychodrama, Gestalt Associates Training Los Angeles) and in psychoanalysis of object relations.

marianifontovna@gmail.com

+7 903 542 9177 (Telegram, WhatsApp)

t.me/jungianpsy